go_rogue (go_rogue) wrote,
go_rogue
go_rogue

Categories:

Викторианская эпоха и траурные украшения

Интересный материал нашла.
Надо сказать, что вся Викторианская эпоха давно вызывает мое неприятие на каком-то подсознательном уровне... Эстетика этого периода никик не согласовывается со мной. Мне физически становится неудобно, когда я смотрю на многие имиджи той эпохи: женские, и особенно, детские портреты; дагеоротипы; вышивки;  какие- то ювелирные украшения.. 
Вся Викторианская эпоха пронизанна темой смерти,что исторически объяснимо.  Но, мной все-равно не принятo...  Так, к примеру, меня надолго отвадили от себя деревья ивы. Они- частые изображения на викторианских вышивках, особенно- на траурных. Ива- как символ плача, печали, символ поминования...
Помимо, описанных в статье траурных украшений, были еще и поминальные украшения, сделанные из волос почивших...В основном- кольца, но встречались и более сложные украшения.
Если, по молодости, у меня было полнейшее отторжение этих украшений, то со временем я их приняла как данность... Но вот, хоть убей, не могу понять коллекционеров, которые посвящают себя этой теме.... 
 


Оригинал взят у duchesselisaв Траурные украшения


Нет необходимости говорить, что изобилие украшений - особенно плохой вкус во время траура. Тем не менее несколько недорогих украшений должно быть использовано, дабы только подчеркнуть общую мрачность деяния. QUEEN MAGAZINE, 23 january 1892


Траур чаще всего - индивидуальное и сугубо личное состояние, тем не менее, как и торжество - одна из сторон общественной жизни. Женщины, даже в частной жизни никогда не выезжающие, не увешанные драгоценными уборами, в трауре должны были отказаться от праздничного блеска бриллиантов и неуместной в этом случае жизнерадостной палитры самоцветов. Первые полгода траура женщина вообще не должна была носить украшений, за исключением вещей из угля.
По окончании глубокого траура, в торжественных случаях, уже можно было надевать серебряную (но не золотую) сетку на платье - эйпрон (от англ. "apron" - передник - украшение для платья в форме V-образной сетки из золота, серебра, жемчуга, крепившейся на корсаж платья). Разрешалось носить и так называемые повседневные украшения, выполненные из поделочного камня темного или почти черного цвета: гагата, раухтопаза - дымчатого кварца, агата и, конечно, с использованием черной и темно-синей эмали. Исключением из темной траурной гаммы были жемчуг (символизировавший слезы) и перламутр с его спокойным, ровным мерцанием, которые можно было уже носить в период полутраура, когда к черному и коричневому в одежде добавляли серый и белый цвета.

На портрете Е.Г.Чертковой (неизвестный художник, 1840-е гг., ГИМ) дама представлена в траурном уборе. На запястьях обеих рук - парные браслеты - черные с перламутровыми медальонами. Кроме того, на правую руку еще надет золотой с черной эмалью браслет с надписью, а на безымянном пальце - четыре золотых кольца, два из которых, опять же, с черной эмалью, словно траурной рамкой обрамляют обручальное кольцо. Из этого можно сделать вывод, что траур эта дама носила по супругу. Рука с траурными украшениями, две петли жемчужного ожерелья, перехваченного фермуаром у горловины, словно капли слез, скатившиеся с лица, - все это говорит о скорби, которую попытался отобразить художник.





Об ассортименте траурных украшений можно говорить, рассматривая портреты того времени. Очень характерен в этом отношении портрет немецкой герцогини Елизаветы Августы (Г.К.Брандт. Конец 1780-х. Художественный музей, Хайдельберг). Убор этой светской дамы составили: черные бархотка, серьги и кольцо на мизинце правой руки, а также парные бархатные браслеты (в соответствии с модой конца XVIII века), один из них - с портретом ее супруга, по которому, собственно, герцогиня и носила траур. Если учесть, что портретов женщин в трауре не так много, и большинство из них демонстрирует портретируемую вообще без каких-либо украшений (П.А.Федотов. "Вдовушка". 1851; И.Н.Крамской "Неутешное горе". 1884), то можно считать, что портрет Елизаветы Августы отобразил самый полный комплекс траурных украшений.






Прически тоже убирали соответственно случаю. Как правило, головные уборы, ленты и даже гребни, шпильки и булавки старались подобрать черные. Это нашло отражение даже в литературе: "Элина дрожащей рукой втыкала в прическу длинную гагатовую булавку" (А.Доде "Евангелистка"). Молодая девушка, по сюжету романа, носила траур по умершей бабушке, поэтому закономерно, что булавка у нее - из черного камня. Гагат - как и каменный уголь, представляет собой форму ископаемой древесины. Северо-восток Англии с IV века был известен своими месторождениями гагата, а с VII века аббатство Уитби стало центром производства распятий и четок из этого камня. Траурные украшения из гагата вошли в моду после того, как в 1861 году английская королева Виктория стала носить траур по принцу Альберту. Вскоре во многих семьях появились украшения из гагата. В Уитби искусные мастера вырезали бусы, четки, браслеты и серьги, украшения для волос и кольца-камеи. Этот камень, очень популярный (если не сказать - традиционный) в качестве материала для траурных украшений, сегодня потерял былое значение.






Эпоха сентиментализма привнесла новые сюжеты и новые для ювелирного искусства нетрадиционные материалы. В украшениях стали использовать портреты, локоны волос - в качестве овеществленного напоминания о любимом существе. Сюжетами траурных украшений были плакучие ивы, урны, наполовину разрушенные колонны, скорбные женские фигуры и т. д. В ГИМе хранится квадратный медальон первой четверти XIX века. С лицевой стороны - изображение из волос на слоновой кости урны под склоненной ивой. На оборотной стороне под стекло вложены два локона - светлый и темный; что позволяет интерпретировать сюжет как скорбь живого (склоненная ива) по ушедшему (урна с прахом), и в то же время - как неразлучность (два локона вместе).

Любопытно и трогательно золотое кольцо конца XVIII века из собрания "Московского Кремля" с овальным щитком, в котором содержится карандашный рисунок двух деревьев в коричневых тонах - большого и маленького, разделенных изгородью. Маленькое дерево тянет ветви, словно руки, из-за изгороди к большому растению на переднем плане, трагически изогнутому. Цветы - с поникшими головками - склонены, будто плачут. На гранёной шинке, на черном эмалевом фоне, - краткая надпись: 1764 ОВ: 1766. Сюжет рисунка и даты указывают на причину создания кольца - смерть ребенка, прожившего всего два года. А драгоценная рамка щитка из мелких рубинов еще больше усиливает эффект трагизма, ассоциируясь с незаживающей раной, оставшейся в сердце родителя.





Кольцо из частного собрания по набору декоративных элементов может быть отнесено к траурным украшениям 30-40-х годов XIX века. Щиток с белым эмалевым крестом стилизован под крышку гроба, с обратной стороны щитка - маленькая, едва заметная пластинка, скрывающая ячейку, вероятнее всего, содержавшая раньше прядь волос. Можно сказать, кольцо представляет собой символический мощевичок, "живую" памятку об ушедшем. И сделано это уже не так иносказательно, как в двух предыдущих примерах. Такая прямая отсылка к символам смерти связана со стилистикой периода эклектики, когда модными становились средневековые сюжеты - черепа, скелеты...

Помимо личного, существовал также и государственный траур - в связи со смертью императора. В этом случае изготавливали траурные кольца. Так, у золотого кольца на смерть императрицы Анны Иоанновны шинка - в виде S-образных завитков, небольшой гладкий щиток в форме императорской короны и надпись: ANNA IMP RUS OB: OC: 28 1740, что означает: "Анна - императрица российская, скончалась октября 28, 1740 года".





Еще два кольца из собрания ГИКМЗ "Московский Кремль" - на смерть императора Александра I. Первое, с шинкой в виде змеи, содержит в щитке штампованный портрет царя в профиль и надпись вокруг по краю: ALEXANDER PRIMIER, а на обороте щитка - 19 nov: 1825 et 4 mai 1826. Второе (из собрания ГИМ) - с широкой гладкой шинкой, на которой по черному эмалевому фону идет надпись: НОЯБРЯ 19 1825 ГОДА. На круглом, немного выступающем над шинкой, щитке - золотой штампованный портрет Александра I в профиль, вокруг - рамка черной эмали с надписью: НЕЗАБВЕННЫЙ, по внутренней стороне ободка выгравировано: Notre ange est au ciel - наш ангел в небе. Уже в 1806 году императора Александра Павловича называли "ангелом во плоти". А после победы над Наполеоном он приобрел огромную популярность в обществе. "Освободитель народов", "Бог, творящий чудеса", "Победитель" и т.д. - вот лишь немногие эпитеты из числа, адресованных императору, фигурировавшихся на украшениях - кольцах, медальонах. Более понятным и ясным становится размещение надписи на траурном кольце: был "во плоти", то есть живым, настоящим, теперь - "ангел в небе".

Общее в этих двух кольцах - небольшие золотые медальоны со штампованным изображением профиля царя. Но детали декора - у каждого индивидуальны, из чего можно сделать вывод, что изготовляли подобного рода кольца не централизованно, а по заказам организаций либо патриотически настроенных граждан.

Итак, в период всеобщего или личного траура уборы выглядят более строгими и сдержанными, чем обычно, наглядно демонстрируя скорбь. А украшения не только цветом, но и символизированной тематикой передают душевное состояние человека.

Татьяна Карсакова "Антиквариат" №4 2004
Subscribe

  • "Вещие" сны?

    Вчера утром рассказываю своему практически единоутробному про сон: мол, наши очень хорошие, спокойные соседи уезжают за границу. Мне прям так жалко…

  • Садово-семейное...

    Уже много лет каждый март я мечтаю о букетике мимозы. На днях практически единоутробный собирался в определенный магазин. Мне подумалось, что это…

  • Очень продуктивные выходные

    Сегодня практически получили комплимент от соседей, которые, кстати, члены нашей НОА. Это, конечно, неважно, но заставило улыбнуться... Проходя мимо…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments